Текст из статьи А. Н. Изергиной из альбома «Матисс»
«Прежде всего надо обладать даром цвета, как певец должен обладать голосом. Без этого никуда нельзя идти». Трудно назвать художника, который обладал бы этим даром в столь высокой и полной мере, как сказавший эти слова Матисс. Но именно он понимал, что одного дара недостаточно. «Если бы художник использовал только свои собственные дарования, он не мог бы проявить себя. Мы рождаемся на свет с чувственным восприятием, свойственным определенной эпохе культуры» Значение Матисса заключается в том, что он осознал исторические задачи, стоявшие перед художественной культурой своего времени, и воплотил их в очень точной и совершенной форме.
Матисс шел к этому чрезвычайно долгим путем, на редкость поздно достигнув творческой зрелости. При всех высоких достоинствах его ранних работ, он сформировался окончательно, когда ему было почти сорок лет. Собрание живописи Анри Матисса в советских музеях, исключительное по количеству и качеству, дает возможность проследить развитие художника с почти исчерпывающей полнотой: от первых опытов до шедевров, созданных в период расцвета 1908-1913 гг. Задача данной статьи не столько охарактеризовать живописное творчество Матисса в целом (что было трудно, учитывая хронологические рамки собрания), сколько показать эту эволюцию.
В художественном формировании Матисса уже с самого начала проявлялись некоторые любопытные особенности. Это прирожденный живописец, всю свою жизнь без остатка отдавший творчеству, в ранней молодости вообще не помышлял об искусстве. Сын торговца зерном, родившийся в провинции, он спокойно готовился к юридической деятельности. Когда в связи с занятиями правом ему в течение года довелось жить в Париже, он даже не удосужился заглянуть в Лувр. К живописи Матисс обратился в возрасте двадцати одного года.
Матиссу повезло. Приехав в Париж, он недолго пробыл в Академии Жюлиана и в Школе изящных искусств, где преподавал такие столпы академизма, как Бугро, Лефевр, Феррье («мои столь же требовательные, сколь беспомощные профессора» — отзывался позднее о подобных автопортретах Матисс). В 1895 г. его работы случайно увидел Гюстав Моро и тут же предложил без экзаменов поступить к нему в мастерскую. Как ни странно, но именно Моро, художник, своим манерным символизмом так тесно связанный с модными, но отнюдь не передовыми вкусами того времени, обладал удивительным уменьем находить талантливых учеников, которым принадлежало будущее. В ателье прославленного автора литературно-претенциозной «Саломеи» и эклектичного «Орфея» приобщались к искусству живописи выдающиеся представители молодого поколения, образовавшие в дальнейшем мятежную группу фовистов: Марке, Марген, Камуэн, Руо и, прежде всего, Матисс, которому Моро пророчески предсказал: «Вам предстоит упростить живопись»…..
Продолжение в следующей статье.